Гибель армии Наполеона в России: что выявил новый ДНК-анализ

Это была крупнейшая в истории армия среди созданных для вторжения. Но когда император Франции Наполеон Бонапарт направил свою «Великую армию» на Россию, то обрек военных на поражение и гибель, и не только на поле боя.

Недавно французские исследователи выявили двух новых «виновников», которые могли способствовать уничтожению полумиллионного войска во время кампании 1812 года. Убийцы — два вида бактерий, вызывающих лихорадку. Неожиданное открытие сделали ученые палеогеномной лаборатории Института Пастера в Париже.

Ранее было известно, что во время отступления ряды армии Наполеона стремительно косили тиф и окопная лихорадка. Новые выявленные инфекции вызывают другие заболевания, но со схожими симптомами.

«Даже сегодня почти невозможно отличить симптомы лихорадки, вызванные разными возбудителями, — сказал Николя Раскован, палеогеномик из Института Пастера, руководивший исследованием. — Ни один врач не смог бы точно определить, какой именно патоген вас заразил».

Сначала отступление, потом смерть

Пытаясь заставить российского императора Александра I присоединиться к торговой блокаде Великобритании, Наполеон повел крупнейшую армию, какую когда-либо видела Европа, через территорию нынешних Польши, Литвы и Беларуси на Россию.

В сентябре 1812 года его войска взяли Москву. Однако вскоре стало понятно, что захватчики оказались в патовой ситуации — российский император отказался вступать в переговоры.

Сам Наполеон уже уехал в Париж, а нагруженная трофеями армия отложила отступление до 19 октября.

Именно тогда возникла новая угроза. Вместо русских солдат армии Наполеона теперь пришлось бороться с тройной угрозой: наступающей зимой, нехваткой продовольствия и болезнями. По имеющимся данным, отступление пережили лишь 30 000 человек, что составляло около 6% от первоначального состава.

Помимо голода и мороза, одной из самых смертоносных опасностей, преследовавших отступавшие войска, по мнению историков, был тиф — распространенная инфекция среди военных лагерей того времени.

В 2002 году археологи обнаружили тела сотен солдат Наполеона в Вильнюсе, столице Литвы, одном из ключевых пунктов остановки армии. Анализ некоторых тел, проведенный в 2006 году, выявил генетические следы Rickettsia prowazekii, бактерии, вызывающей тиф, и Bartonella quintana, возбудителя окопной лихорадки.

Однако новый анализ останков 13 человек из братской могилы в Вильнюсе позволил обнаружить другие, ранее неизвестные патогены.

Что выявили современные ДНК-тесты

Команда Раскована искала следы возбудителей тифа и окопной лихорадки, но обнаружила совсем другие болезни. Используя современные методы анализа древней ДНК, исследователи нашли генетические следы бактерий Salmonella enterica enterica, вызывающей паратиф, и Borrelia recurrentis, возбудителя возвратного тифа.

Все четыре заболевания, выявленные у армии Наполеона, имеют схожие симптомы, вызываемые лихорадкой — боли в мышцах, усталость. Для полевых медиков 1812 года они выглядели как одно и то же заболевание. В сочетании с голодом, морозом и изнуряющими боями эти инфекции не давали шанса выжить.

По словам Раскована, в человеческих останках могут скрываться и другие смертельно опасные болезни. «Наука о древней ДНК продвинулась далеко вперед (с 2006 года. — Ред.), – рассказал он DW. — Сегодня, спустя 200 лет, мы можем поставить диагноз и выявить все патогены, которые могли присутствовать в тот момент».

Палеогеномика раскрывает тайны прошлого

Ученые-палеогеномики анализируют древние останки на наличие генетических маркеров. Результаты часто бывают неожиданными.

Ранее в этом году команда Раскована установила, что одна из форм проказы уже существовала в Америке до прибытия первых европейцев в 1492 году. Методы палеогеномики также применяются для отслеживания распространения бубонной чумы из Центральной Азии в бронзовом веке. С их помощью исследователи восстанавливают перемещения человеческих групп по миру и даже выясняют, как они скрещивались между собой. Эти технологии помогли пролить свет и на болезни, от которых страдал немецкий композитор Людвиг ван Бетховен (Ludwig van Beethoven).

Историки с энтузиазмом относятся к возможностям, которые открывает ДНК-анализ для более глубокого понимания крупных событий последних веков. «Это не только делает наши знания о прошлом более точными, но и дает представление о социальных условиях того времени», — говорит Эрика Чартерс, ученая из Оксфордского университета, изучающая историю войн и болезней .

Чартерс, не участвовавшая в исследовании Раскована, отмечает, что масштабы завоеваний Наполеона к 1812 году способствовали легкому распространению болезней по Европе — не только благодаря перемещениям его войск, но и из-за торговли между Французской империей и соседними странами.

Было даже установлено, что одна из бактерий, обнаруженных командой Раскована, имеет английское происхождение. Учитывая, что Великобритания была главным противником Наполеона и была отделена от Франции проливом Ла-Манш, можно понять, насколько быстро болезни могли распространяться во времена крупных войн.

«Отступление французской армии из России поражает воображение, — сказала Чартерс DW. — Они потеряли 95% своих сил, почти не участвуя в сражениях».

Болезни и войны идут рука об руку

С исторической точки зрения такие цифры несколько необычны, отмечает Чартерс. Но высокая заболеваемость и смертность от болезней во время войн — явление вполне закономерное. Разрушение гражданской инфраструктуры и дефицит продовольственных запасов в армии и среди мирного населения способствуют вспышкам заболеваний, добавляет она.

«Мы действительно наблюдаем рост числа эпидемий во время войны, — указывает Чартерс. — Это явления, которые обычно идут параллельно». Ученая приводит в пример вспышку сифилиса в Европе во время военных конфликтов в XV-XVI веках и распространение гриппа после Первой мировой войны.

Понимание того, как болезни распространяются во время войн, помогает оценить риски, связанные с современными конфликтами: в них решающую роль играет не только медицина, но и санитарные условия.

«Если посмотреть на мир сегодня, то часто эпидемии возникают именно там, где из-за войны разрушены системы водоснабжения, — говорит Чартерс. — Это значит, что нарушена санитария, и болезни начинают распространяться».